«Эй, передай привет своему отцу!»

В эмоциональном интервью британскому Autosport Льюис Хэмилтон рассказал не только о подготовке к грядущему сезону, но и новом витке отношений со своим отцом, Энтони Хэмилтоном. В 25 лет у парня, наконец-то, будет отец, с которым можно выпить пивка или сгонять в боулинг. Отец. Не менеджер…

Если судить по результатам тестов, то McLaren способен добраться до первых рядом. Вы стремитесь поскорее узнать, насколько сильна ваша команда?

Да. Если сказать точнее, я взволнован. Думаю, это будет самый захватывающий сезон в истории Формулы 1. Многие автомобили близки друг к другу по результатам, а потому квалификация станет одним из решающих моментов.

Для вас принципиально, что мы знаем о силе четырех команд, но не можем сказать, кто из них будет сильнее на следующий день?

Сейчас есть пять хороших команд. Ferrari, Red Bull Racing, McLaren, Mercedes b [BMW] Sauber. Даже Force India была быстра. Адриан Сутил показывал хорошие времена, но сколько топлива было у него в баках? Кто знает.

Как правило, по ходу сезона за титул сражаются двое пилотов. Но в этом году у нас гоняются 4 чемпиона мира, и 8 сильных гонщиков из 4 команд…

Да, определенно это нечто особенное. Минувшие пару лет Алонсо выступал на Renault, которая не могла бороться с нами. В минувшем сезоне был Brawn, но теперь вместо него другая команда. Чаще всего лидерство делили Ferrari и McLaren. Но теперь у нас несколько сильных команд, и мы должны быть сфокусированы на работе с автомобилем.

Пригодится ли вам опыт, обретенный в минувшем сезоне? Вам удалось поднять команду от арьергарда до первых рядов, может ли это помочь в борьбе за титул?

Определенно. Я намного вырос в прошлом году, я прибавляю каждый год. Я получал новый опыт, преодолевал трудности, и стал в целом лучше. Я стал мудрее и научился понимать, кто я, и чем располагаю.

Я не опускал руки и старался обратить негативную ситуацию в позитивную. Я старался подбодрить команду, говорить что-то вроде: «Давайте, ребята, мы можем это сделать, с этими настройками машина ведет себя лучше». Я много общался с нашими специалистами, и вместе с тем, как укреплялся их боевой дух, улучшался и мой настрой. Это сделало меня сильнее.

События за пределами трассы также не всегда носили положительный характер. В начале сезона возникли трудности после беседы со стюардами в Австралии, затем было недовольство со стороны прессы. Трудные времена помогли вам узнать что-нибудь новое о себе?

Да, думаю, что так. В непростые времена можно многому научиться, это укрепляет характер. После негативного опыта я сделал большой шаг вперед, и по ходу сезона ситуация наладилась.

Мне повезло, команда всегда поддерживала меня – у нас царит семейная атмосфера. Я давно выступаю за Mclaren, и мы с ребятами хорошо знаем друг друга. Семья и друзья также оказывали мне поддержку. Я смог преодолеть все благодаря их советам и поддержке.

Тогда, что отличает того Льюиса Хэмилтона, который выйдет на старт в этом году? Уместно ли говорить о прямолинейной эволюции?

Думаю, да. Как гонщик, я стал сильнее, поскольку знаю больше вариантов настроек для того, чтобы справиться с той или иной ситуацией. Я стал глубже понимать автомобиль, работу шин, и другие аспекты, поскольку причастен к созданию новой машины. Здорово, когда вы оказали влияние на развитие автомобиля, а потом садитесь в готовую машину и понимаете, что вам комфортно, и этот автомобиль лучше предыдущего. Приходит чувство удовлетворения.

Раньше вы часто говорили, что отец является путеводной звездой для вас, но карьерой далеко не всех взрослых спортсменов руководят их отцы. Вы всегда будете под его опекой?

Возможно, нет.

Продолжайте…

Что ж, мне повезло, что рядом со мной всегда был отец. Многие, очень многие говорили, что у нас ничего не получится, и отец не должен заниматься моей карьерой. Думаю, такие суждения имели место потому, что в прошлом многие родители были слишком агрессивны – они критиковали команды, в которых гоняются их сыновья, или негативно отзывались об автомобилях.

Но мой отец сумел абстрагироваться от собственных эмоций. Он логически подходил к развитию событий, и я не верю, что кто-то смог бы быть таким, как он. Никто не смог бы сделать того, что он сделал – никто не смог бы достичь того, что сумел он, и что сумел я, благодаря нему. Именно поэтому мы можем рассказать уникальную историю, а люди восхищаются нами как семьей.

Но, да, в ближайшее время произойдут некоторые изменения.

Вы можете рассказать о них?

Сейчас мне 25 – думаю, было неизбежно, что что-то изменится в какой-то момент. Последние несколько лет мы искали кого-то еще, кто сможет помочь мне – советом, со спонсорами, или с чем-либо еще. Но мне никогда не было комфортно с кем-то другим. Мне нравилось, что мой менеджер – мой отец, я доверяю ему.

Нанятый менеджер – это нанятый менеджер, а отец – это отец. Я знаю, что он принимает решения, исходя лишь из благих намерений, и я верю ему всем сердцем.

Но за все время обсуждений, у нас не было уверенности в том, что пора привлекать к работе кого-то еще. Полагаю, сейчас пришло время сделать этот шаг, и он будет позитивным. Мне 25. Я самостоятелен. Я давно выступаю в Формуле 1, и я не смог бы добиться этого без моего отца. Он проделал фантастическую работу.

Почему вы пришли к этому решению именно сейчас?

Продолжая работать со мной, отец начал разрабатывать новые удивительные идеи. Сейчас он создает школу подготовки молодых пилотов – по-моему, это великолепно. Конечно, у нас есть GP2 и другие гоночные категории, но взять автомобили Формулы 1, которыми никто не пользуется, и дать шанс молодым опробовать их – это очень здорово. Есть много классных парней, которые не могут проявить себя просто потому, что у них нет возможности сесть за руль машины Ф1. Поэтому я горжусь своим отцом. Мне чертовски нравятся его идеи.

Было неизбежно, что однажды придет момент, когда он захочет заняться собственными делами. Он работает в футболе, сотрудничает с Марком Бланделлом, присматривает за Полом ди Рестой, который мог бы не получить место тест-пилота в Force India, если бы не мой отец. Он также занимается карьерой ребенка, который выступает в картинге – я говорю про Ника де Ври. Он весит всего 37 килограмм! Но Ник способен побеждать парней мирового уровня, теперь он участник молодежной программы McLaren.

То есть он полностью перестанет заниматься вашей карьерой?

Да. Это даст ему время на занятия бизнесом. Он занимался моей карьерой с того момента, как мне исполнилось восемь, и, знаете, мы мало общались, как отец и сын. На трассе он всегда в первую очередь был моим менеджером, мы занимались делами. Теперь же мой отец будет просто моим отцом. Я хочу, чтобы у меня был менеджер, который занимается всеми деловыми вопросами, и хочу, чтобы у меня был отец. Я хочу выпить пива с отцом, сходить с ним в боулинг, вместе съездить в отпуск. Я хочу спросить его: «Как идут дела с подготовкой молодежи?», – и в ответ поделиться своим опытом. Не как с менеджером, а как с отцом.

Таким образом, передо мной встала необходимость нанять нового менеджера. Отец поможет мне при отборе кандидатов, но уже как отец.

В ближайшие три года, как минимум, я буду выступать за McLaren – это было бы невозможно без моего отца. McLaren – это большая семья, ребята всегда помогают мне, так что нам не обязательно искать менеджера в срочном порядке. Мы хотим предпринять этот шаг в правильное время.

То есть это не одностороннее расставание?

Нет. Нет. Нет. Отец всегда говорил, что однажды мы не сможем продолжать работать вместе. Но он никогда не хотел указывать, когда именно это произойдет, потому что всегда волновался о том, что я думаю. Мы обсуждали этот вопрос, и он пришел к выводу, что я уже взрослый человек. Думаю, с его плеч свалился груз. Это важный шаг, который мы обдумывали в течение нескольких лет.

Теперь я могу пригласить его на гоночный уик-энд и просто пообщаться.

Вы полагаете, что это решение поможет вам в будущем сезоне?

Да, у меня будет возможность принимать решения самостоятельно. Находясь под постоянной опекой, вы попросту не обретаете собственный опыт. Тем не менее, отец всегда будет особенным человеком для меня, ведь без него я бы ничего не добился.

Я надеюсь, он будет наслаждаться жизнью. Наслаждаться жизнью, потому что мы много добились вместе.

Он продолжит приезжать на гонки?

У него сейчас много работы по части менеджмента и академии для молодых гонщиков – он должен поставить дела так, чтобы они не завершились провалом. Он упорно трудиться и серьезно анализирует действия – это отнимает много времени.

Он любит бывать на гонках, в этом году их 19, и он может приезжать на любые из них. За мою карьеру он не пропустил ни одной гонки, так что впереди у него новый опыт.

Недавно я получил от него смс, в которой он написал, что будет круто посмотреть Ф1 по телевизору, сидя на диване. Он сможет расслабиться и, надеюсь, будет гордиться мной.

Вы довольны жизнью?

Да. Возможно, я гоняюсь за лучшую команду в своей жизни. Мне комфортно. Я чувствую, что заслужил то, чем обладаю. Я хочу установить новые отношения со своим отцом, позвонить ему и сказать: «Папа, я хочу купить эту машину», – и услышать не деловой ответ, а отцовское: «О, мне нравится эта машина, купи и мне тоже!»

Сейчас мой отец добился столь многого, что он уже почти известнее меня! Все, кого я встречаю, говорят: «Эй, передай привет своему отцу!» Они не говорят «привет» мне! И это не изменится.